– Ох, господи! После таких-то разговоров не знаю, с чего и начать.
– Да вы, матушка, начните с того, как камень к вам в монастырь попал, – подбодрил ее Макарий.
– Ну да, а то с чего же, – сказала монахиня, пожевала губами и, осенив себя крестным знамением, начала говорить: – По осени еще пришли в монастырь селькупы
Видя наше изумление, она очень по-доброму улыбнулась и пояснила:
– Сестры наши слово Божие и в более дальние края доносили, до самого Ледовитого океана! Даже с его берегов к нам слова благодарности приходят за просветление и обращение к истинному Богу. Вот и селькупы те с благодарностью пришли и с дарами. А среди прочих даров был камень. Зеленый, как стекло, а размером с куриное яйцо. Я сама да и сестры наши не горазды в каменьях разбираться. Решили, что камень он и есть просто камень. Он с того самого дня запросто на подоконнике у меня в келье
– Селькупы – племя кочевое, – пояснил епископ. – От Урала до озера Байкал кочуют. А на Урале изумруды – дело почти что обычное. Не блестел же камень оттого, что не обработан, не отшлифован и не огранен.
– Ну откуда мне обо всем этом знать было? – чуть обиделась Серафима и даже развернулась в сторону от Макария и лицом в нашу сторону. – Так я решила камень этот владыке отправить. Договорились, что с самого раннего утра, сразу после молитвы, сестра Евдокия его и повезет в город, благо и другие дела там имелись. Насчет возка договорились. После молитвы Евдокия ко мне зашла, камень тот в ладанку
Монахиня замолчала, собираясь с духом. Никто ее не торопил.
– Что еще рассказать, уж и не знаю.
– А кто еще, кроме сестры Евдокии и вас, знал, что княгиня в камне изумруд признала? – поинтересовалась я.
– Да никто, – уверенно ответила настоятельница. – С чего мне с сестрами о суетном беседы вести? Княгиня мне наедине сказала, что это изумруд. А Евдокии я только и сообщила, что она с утра камень должна будет архиерею свезти. Та, как должно, ни о чем не переспрашивала, а исполнила, как велено было. А что не до конца, так в том не ее вина. Вы уж, Дмитрий Сергеевич, сыщите злодея. Перед Богом он ответит в свое время. Но и перед людьми ответ держать тоже должен!